Леся Рябцева. журналист, помощник главного редактора «Эхо Москвы», заместитель главного редактора сайта «Эхо Москвы»:
«Знаете, в чем главная ошибка оппозиции? В том, что они безжалостные, одновременно бесхребетные и врущие самим себе жлобы. Даже жалко. Жалко то, как мелко и низко ведутся споры. Так жалко и грустно, хоть самой иди в политику. Сплошное разочарование.
Мне не хочется вступать ни с кем в полемику. Я просто опишу три истории. С вашего позволения, без имен. Где-то по памяти. Но, мне кажется, и так все будет понятно.
О Ходорковском, которого я бесконечно уважаю и которого очень жалею. Из-за его окружения жалею.
— Он вышел! Понимаете, когда он вышел, все изменилось. Это было такое облегчение. Так долго сидел и наконец, свобода.
Я: Простите, лично вот вам как помогло его освобождение? Что поменялось-то?
— Да, ты ничего не понимаешь. Как такое можно говорить?! Он ведь вышел — это же глоток свободы.
Я: А вам не кажется, что это наоборот — доказательство того, что у нас только так и выходят, только так свободу и можно потерять или заработать — через личное презрение или личную симпатию. Это же грустно.
— Нет. Все не так. Вот у тебя не поменялось, а у всей страны, я-то знаю, поменялось.
Я: И что теперь?
— Знаешь, что еще. Вот теперь-то он сможет помочь нам. Он должен. У него же деньги есть. Вот теперь у демократической части нашей страны есть инвестор. Он всем на благие цели раздаст. Все благие намерения теперь буду оплачены.
Я: С его вы взяли, что он вам что-то должен?
— Он просто не сможет стоять в стороне и даст нам денег.
О Немцове. Которого я всегда любила. И очень жалею о случившемся. Он бы вам показал, как надо.
Я: Слушай, скажи честно, там хоть что-то есть, что он сам написал?
— Нет. Ты же понимаешь, конечно, нет. Там есть только один клочок бумаги. Записка, которую он мне на стикере написал.
Я: И все? И вся книга на этом? Все презентации и пресс-конференции?! Ты шутишь, должно быть.
О Касьянове и, чего уж там, о Навальном. Которые могли бы быть или были героями и глотком воздуха. Которые испоганились и гадят вокруг.
— Мы сидели с ними до часу ночи пятницы. Много нас было, все обсуждали нашу общую линию поведения. И вот мы до часу ночи сидели и придумывали. И мы разъехались ночью уже. А уже утром мне начали звонить с вопросом: «Правда, что вас не включили в коалицию?».
Я: Да ты шутишь?!
— Я такого тоже не ожидал, конечно. Ну, мы же вот сидели, договаривались, что-то вместе решали. Решили. Успел доехать до дома и лечь спать. А следующим днем — все. Они меня выкинули.
Я: А чему ты удивляешься?
— И вот еще — мне все всегда говорили, что этот — прокремлевский. Что с ним нельзя иметь дело. А в итоге, именно с ним сейчас обо всем договариваемся. Оказалось, о том, о ком больше всего говорили гадостей, сейчас, в отличие от остальных, ко мне лицом повернулся.
Господи, как же можно быть такими наивными. Вы сообща постоянно всех кидали. Отчего же вы решили, что когда вашим бывшим сторонникам раздумается с вами сотрудничать, что они точно так же не поступят с вами?! Как жаль, что все так сдувается. Причем еще так скучно, без фанфар. Даже на интервью звать некого. На беседу никого не вытащишь — говорить не о чем.
Ваши эти «Лешечки» кинут своих же. Рано или поздно — всех. Грустно-то как с вами. Печально.
Власти не нужно тратить ни копейки на войну с вами.
«Основной удар по России будет наноситься через интернет и блогеров, а инструкции – в посольстве США», – сказал газете ВЗГЛЯД политолог Олег Матвейчев по поводу закрытой встречи посла США в России Джона Теффта с группой российских блогеров.
В среду в интернете появилась информация о том, что в посольстве США состоялась закрытая встреча Теффта с российскими блогерами. Как утверждают источники, ее также посетил блогер Антон Носик. Подробности встречи неизвестны.
Встреча российских блогеров с американским послом состоялась после консультации Теффта с помощником госсекретаря США Викторией Нуланд, которая на днях приезжала в Москву. В ходе своей рабочей поездки Нуланд вместе с Теффтом совершили два неофициальных визита: 17 мая они посетили Музей современного искусства «Гараж», а на следующий день побеседовали с главой Московской Хельсинской группы, гражданкой США Людмилой Алексеевой.
Матвейчев также отметил, что нынешняя встреча Теффта с российскими блогерами напомнила ему о встречах предшественника Теффта Майкла Макфола с представителями российской оппозиции.
«Это стиль американской дипломатии, они встречаются с нашими блогерами, оппозиционерами. Они делают свое дело. Тут даже комментировать нечего. Это факт, который лежит на ладони и не нуждается в интерпретации. Но у меня другой вопрос: когда появятся сообщения о том, что посол России, скажем, в Италии или США встречался с зарубежными блогерами? Когда наши послы будут рассказывать о российской позиции? Наши послы знают такое слово – «блогер»?» – отметил эксперт.
boom-boom, а где же Вы милок, 55555 в этом посте видите? Или я Вам уже снюсь? Я в политику не лезу, ибо не понимаю. А вот по пятницам подаю, но сегодня уже поздно:(
Спасибо за внимание. Тронут. И тем не менее. Почему заезжий пиндос интереснее тольяттинских бойцов, от которых отказались страна, президент, отец, жена, санта, бешеный, 5555. Вам про них все понятно?
Вам уже ге интересна их судьба?
Упыри обсуждают судьбу сирии и асада.
Все права на материалы, находящиеся на сайте , охраняются в соответствии с законодательством РФ, в том числе,
об авторском праве и смежных правах. При любом использовании материалов сайта, гиперссылка (hyperlink) на сайт
обязательна. (Условия ограниченного использования материалов)
«Знаете, в чем главная ошибка оппозиции? В том, что они безжалостные, одновременно бесхребетные и врущие самим себе жлобы. Даже жалко. Жалко то, как мелко и низко ведутся споры. Так жалко и грустно, хоть самой иди в политику. Сплошное разочарование.
Мне не хочется вступать ни с кем в полемику. Я просто опишу три истории. С вашего позволения, без имен. Где-то по памяти. Но, мне кажется, и так все будет понятно.
О Ходорковском, которого я бесконечно уважаю и которого очень жалею. Из-за его окружения жалею.
— Он вышел! Понимаете, когда он вышел, все изменилось. Это было такое облегчение. Так долго сидел и наконец, свобода.
Я: Простите, лично вот вам как помогло его освобождение? Что поменялось-то?
— Да, ты ничего не понимаешь. Как такое можно говорить?! Он ведь вышел — это же глоток свободы.
Я: А вам не кажется, что это наоборот — доказательство того, что у нас только так и выходят, только так свободу и можно потерять или заработать — через личное презрение или личную симпатию. Это же грустно.
— Нет. Все не так. Вот у тебя не поменялось, а у всей страны, я-то знаю, поменялось.
Я: И что теперь?
— Знаешь, что еще. Вот теперь-то он сможет помочь нам. Он должен. У него же деньги есть. Вот теперь у демократической части нашей страны есть инвестор. Он всем на благие цели раздаст. Все благие намерения теперь буду оплачены.
Я: С его вы взяли, что он вам что-то должен?
— Он просто не сможет стоять в стороне и даст нам денег.
О Немцове. Которого я всегда любила. И очень жалею о случившемся. Он бы вам показал, как надо.
Я: Слушай, скажи честно, там хоть что-то есть, что он сам написал?
— Нет. Ты же понимаешь, конечно, нет. Там есть только один клочок бумаги. Записка, которую он мне на стикере написал.
Я: И все? И вся книга на этом? Все презентации и пресс-конференции?! Ты шутишь, должно быть.
О Касьянове и, чего уж там, о Навальном. Которые могли бы быть или были героями и глотком воздуха. Которые испоганились и гадят вокруг.
— Мы сидели с ними до часу ночи пятницы. Много нас было, все обсуждали нашу общую линию поведения. И вот мы до часу ночи сидели и придумывали. И мы разъехались ночью уже. А уже утром мне начали звонить с вопросом: «Правда, что вас не включили в коалицию?».
Я: Да ты шутишь?!
— Я такого тоже не ожидал, конечно. Ну, мы же вот сидели, договаривались, что-то вместе решали. Решили. Успел доехать до дома и лечь спать. А следующим днем — все. Они меня выкинули.
Я: А чему ты удивляешься?
— И вот еще — мне все всегда говорили, что этот — прокремлевский. Что с ним нельзя иметь дело. А в итоге, именно с ним сейчас обо всем договариваемся. Оказалось, о том, о ком больше всего говорили гадостей, сейчас, в отличие от остальных, ко мне лицом повернулся.
Господи, как же можно быть такими наивными. Вы сообща постоянно всех кидали. Отчего же вы решили, что когда вашим бывшим сторонникам раздумается с вами сотрудничать, что они точно так же не поступят с вами?! Как жаль, что все так сдувается. Причем еще так скучно, без фанфар. Даже на интервью звать некого. На беседу никого не вытащишь — говорить не о чем.
Ваши эти «Лешечки» кинут своих же. Рано или поздно — всех. Грустно-то как с вами. Печально.
Власти не нужно тратить ни копейки на войну с вами.
Вы сами сожрете свои хвосты.»
concept